Человек у окна
На четвертом этаже причудливо украшенного дома, в квартире из пяти комнат анфиладой жил художник, которому женщины в теле обязаны лестным определением «кустодиевская красавица». Но мало кто подозревает, что статных купчих и пышных русских красавиц в жанре ню писал человек, прикованный к инвалидной коляске. Из-за тяжелой болезни мир Кустодиева сузился до размеров квартиры, все происходило в буквальном смысле за окном.
Но раз гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. К Кустодиеву будто магнитом тянуло художественную и научную элиту Петрограда. В 1921-м пришли молодые физик Петр Капица и химик Николай Семенов: «Вы рисуете знаменитостей. Мы еще не знамениты, но будем. Напишите нас». «Голодные, но такие счастливые», – удивился Кустодиев и нарисовал будущих лауреатов Нобелевской премии. Дружеские посиделки были нелишними – гости поддерживали художника, которому вечно доставалось то от правых, то от левых. Первые ругали его за лубочность, вторые – за воспевание купеческо-кулацкой среды. Спорами-разговорами дело в доме Кустодиевых не заканчивалось – художник писал своих гостей. Очень кстати всего двумя этажами выше жила актриса, обладательница чудного меццо-сопрано Галина Адеракс, ставшая моделью «Купчихи за чаем». Безупречными моделями были и близкие Кустодиева. Глядя на безмятежные лица Юлии, жены мастера, и пышнотелой красавицы дочери Ирины, и не заподозришь, чего им это стоило. По стране шагал призрак коммунизма, а Кустодиев, укрывшись в башне из слоновой кости, как одержимый воссоздавал мир уже навсегда исчезнувшей базарно-балаганной России.
Конечно, от реалий все равно было не скрыться: чтобы получить продуктовый паек, уголь, дрова, чтобы не уплотнили пятикомнатную квартиру, ставшую его вселенной, Кустодиев платил дань – писал декоративные панно на первую годовщину Октябрьской революции, агитационные плакаты, иллюстрации к сборникам о житии вождя пролетариата. Художник родом из купеческо-духовной семьи был слишком умен и осторожен, чтобы лезть на рожон, но все же чувства не скрыть, и он пишет своего «Большевика». Не былинного богатыря, а фанатика, который не остановится ни перед чем.
Судьба оказалась немилостива к художнику. Он наконец получил разрешение от властей на спасительную операцию в Германии, его брат соорудил машину, и художник предвкушал, что наконец-то своими глазами увидит новую жизнь. Увы, не случилось. Солнечным майским днем 1927 года от дома № 7 по Введенской улице отъехала машина – братья Кустодиевы и жена художника были так счастливы выбраться на прогулку за город. А на следующий день 49-летний художник умер от скоротечного воспаления легких, не успев написать задуманный им триптих «Радость труда и отдыха».
Адрес: Введенская улица, в советское время улица Олега Кошевого, дом 7