В Петербурге открылся Музей компьютерных игр
музей компьютерных игр в Петербурге. Пиксельная классика. Новый музей в Петербурге
3,5 миллиарда геймеров в мире – и ни одного музея об истории игровой культуры. Этот непорядок исправили Максим Пинигин и Александр Вугман, которые шли к этому больше десяти лет. В Петербурге на втором этаже пространства «Вокзал 1853» открылся Музей компьютерных игр – пока единственный в мире. Теперь у игровой культуры есть свой дом – и он в Петербурге. Консультантом по концепции музея стал Александр Ветушинский – философ, преподаватель московского Института бизнеса и дизайна. Он больше десяти лет изучает видеоигры, и журнал «На Невском» (НН) , конечно, не упустил возможности с ним поговорить.
Музей компьютерных игр в Петербурге
НН Изучая видеоигры, невозможно самому в них не играть. Получается, вы геймер?
Александр Ветушинский (АВ). Я считаю себя геймером. Играл в детстве. Обычно люди много играют до тридцати и после шестидесяти. Я сейчас в промежуточном диапазоне, когда приходится много работать. Но стараюсь играть, держать форму, чтобы быть в курсе происходящего.
НН Игровая индустрия – это ведь чисто американская история, популярная культура, которая стала глобальным феноменом. А что же Россия? Мы внесли свой вклад в индустрию компьютерных игр?
А. В. Внесли, и на самом деле большой. Игра Тетрис создана в России, в Москве, в 1984 году, ее создатель – Алексей Пажитнов. Она считается одной из самых успешных видеоигр за всю историю видеоигровой индустрии. Тетрис задал традицию так называемых интеллектуально казуальных игр, то есть общедоступных, не требующих долгого обучения. Тетрис – игра для всех. Для взрослых и детей, для мальчиков и девочек. От нее пошло мощное семейство игр, которые продолжают развиваться до сих пор. А зеленое существо Ам Ням, которое любит леденцы? Одна из культовых и очень успешных видеоигр в мобильном сегменте – Cut the Rope. Люди даже не догадываются, что она создана в России.

Будем стараться, чтобы все экспонаты были рабочими
Россия была первой, создав серию игр «Дальнобойщики» в жанре симуляторов. Этот продукт от новосибирской студии стал феноменом в Америке. Американцам понравились бесконечные суровые северные дороги, где нет городов, а одна бесконечная трасса. В этом они узнали себя. И в Америке жанр симулятора большегрузных автомобилей до сих пор развивается активно, хотя основа была заложена в России.
НН А если сравнить российские игры и американские? Игра вообще имеет национальность?
А В. Не могу говорить о каких-то национальных школах, тут еще много предстоит открыть. Но если в общих чертах… Сущность американского подхода – очень интересные, но суперфункциональные игры, которые совершенно не цепляют, например, визуально. У них машина – это четыре колеса, никто и не пытается украшать. А вот японцы, которые к 80-м годам стали ключевым игроком в игровой индустрии, привнесли эту визуальную сочность и первые запоминающиеся образы: цвета, глаза. Они раз и навсегда поменяли язык игрового дизайна. И теперь все – американцы, европейцы –вынуждены делать красиво, по-японски.

Прошлое здесь не пылится
У нас игровая индустрия появилась в 90-е и пока мало изучена, особенно поздняя советская инженерная культура. Это все суперзакрытые вещи. Но обратите внимание на советские игровые автоматы. Там видно, что советские инженеры пытались все время заложить полезность. Игры для глазомера, для внимания, на скорость реакции. В Америке такого не было: с самого начала это развлечение, это про деньги.
НН Получается, у них это – убить время, а у нас – полезный досуг?
А. В. Когда наш Тетрис в мире произвел революцию, мировые журналисты немножко обомлели и что-то такое начали подозревать. Это что же у них в Советском Союзе происходит: пока мы тут делаем игры для развлечения, они делают игру, которая развивает интеллект! Кстати, в этом музее в будущем появится и зал российских видеоигр.

Виртуальный шлем 1995 года — раритет
НН Вопрос от имени всех родителей: чему-нибудь видео и компьютерные игры учат? Это я мягко. Они бы еще добавили: кроме того, что отнимают время, и ребенок сидит горбатый.
А. В. Психологи этот вопрос изучают, вот что можно ответить. Если ты поймешь, как что-то устроено, ты можешь добиться успеха. Условно говоря, если у тебя что-то не получается, то тебе просто нужно чуть себя прокачать. Это не пассивная история типа сериал смотреть. Ты в деле, должен действовать, принимать решения. Или вот общая паника, что у молодежи сейчас клиповое мышление. Внимание не держат, в лучшем случае 30-секундный рилс или трейлер посмотрят. Но ведь люди играют в очень большие, очень сложные игры, запоминают колоссальные детали. Выходит, как раз видеоигры умеют как-то работать с нашим вниманием, даже в современной ситуации расфокуса создают пространство, где классическое внимание до сих пор работают. А это уже повод подумать: может, нам чему-то нужно в видеоиграх научиться?
P. S. Кстати, Музей компьютерных игр – не выставочная витрина с приставками: там экспонаты можно примерить, можно поиграть. И посмотреть, как развивалась инженерная часть, менялась концепция. Как кто-то впервые придумал стратегию или игровой симулятор. Ну и ностальгия имеет место. Сейчас с развитием ИИ все катастрофически быстро меняется. Многих это пугает, и так здорово вернуться в добрые стабильные времена, посидеть на кушетке с видеоприставкой. А если вдруг у кого-то на стеллаже завалялась консоль, какая-то раритетная вещь, которая пылится и не нужна, музей с радостью ее примет.
Текст и фото Лариса Кириллова.






