Интервью

Виктория Толстоганова. От любви до ненависти один шок

Виктория Толстоганова пытается помочь сестре справиться с алкогольной зависимостью. Любовь и ненависть в их отношениях переплетены так, что и не разберешь, где между ними граница… Таков один из сюжетов нового фильма «Очень женские истории». 10 героинь этих историй переживают переломные моменты своей жизни. И новелла «Сестры» стала стержнем, на который нанизаны все остальные.

– Насколько я знаю, вы не очень жалуете короткий метр, но все же согласились в нем сняться. Почему?

– Мне понравилась история – глубокая, законченная. Понравился режиссер, это было мое первое знакомство с Наташей Меркуловой. А с Викой Исаковой мы были рады новой встрече. В общем, все как-то сошлось, и я подумала: почему бы и нет. И ни разу не пожалела. Наташа собрала вокруг себя фантастическую команду, исключительно женскую, на площадке не было ни одного мужчины. Из-за этого мы ощущали какую-то невероятную близость и сплоченность. Наташа оказалась тонким психологом, что очень важно, когда речь идет о таком психологическом кино, как «Сестры».

– У вас в жизни три сестры. С ними отношения лучше, чем в кино?

– Совсем другие. К своим сестрам я испытываю очень нежные чувства.

– Непросто любить человека, которого презираешь, потому что он может быть жалким и отвратительным в своей слабости.

– Но если говорить о героине Вики Исаковой, то она не отвратительна и не жалка. Алкоголизм – это болезнь, и моя героиня пытается найти какой-то выход из этой ситуации. При этом испытывает комплекс вины, идущий из детства. Она не просто терпит бедную сестру-алкоголичку, она еще и искупает свою вину перед ней. Это очень непростой клубок отношений, в котором переплетены любовь, ненависть, терпение, жалость. Но и разорвать его очень сложно, во всяком случае, этим двум сестрам. Обе одиноки, больше в их жизни нет никого, и они пытаются прибиться друг к другу.

– Вам понятны эти сложные отношения?

– Настолько, насколько понятны человеческие отношения в принципе. Сейчас в «Современнике» идет спектакль «Папа» Евгения Арье, который мы играем вместе с Сергеем Гармашом. Там тоже очень сложные отношения складываются у дочери с отцом. Он страдает деменцией, а ей надо строить карьеру, и весь спектакль решается вопрос: отдать отца в дом престарелых или нет. Наташа Меркулова, посмотрев спектакль, заметила: это те же «Сестры», только в другом варианте.

– А если дело не в деменции отца? Если ребенок узнает, что его отец – палач? Об этом, кстати, очень сильное документальное кино «Дети Третьего рейха». Вы могли бы простить такого отца?

– Понятия не имею. И пока не сыграю роль этого ребенка, не узнаю. Сейчас могу лишь фантазировать, какая это может быть смесь стыда, невероятной боли, любви.

– Вы постигаете мир через роли?

– Я постигаю мир по-разному, но какие-то экстремальные ситуации, отношения – да, только так. Другого пути узнать, смогу ли простить отца-убийцу, у меня нет.

– «Очень женские истории» и в самом деле очень женские, мужчины в нем появляются лишь как повод. Как вы думаете, им этот фильм будет интересен?

– Мне кажется, да. Во всяком случае, после премьеры в Москве мне написало много мужчин, которым фильм понравился. На самом деле «Очень женские истории» – это же кино не для женщин, а про женщин.

– Сегодня стираются гендерные грани. Как вы к этому относитесь?

– Иногда мне кажется это правильным, иногда смешным. Но процесс так или иначе идет, и мне интересно наблюдать за ним хотя бы потому, что хочется понять, почему это происходит.

– Вам бы хотелось влезть в шкуру мужчины?

– Конечно, это был бы интересный опыт. Но только в кино или театре.

– Обидно, что мужчинам легче живется?

– Да, мы порой со злостью говорим, что мужчинам живется легче. Они позже стареют, им проще заводить детей и так далее. Но это все так эфемерно! Всех жалко, всем даются испытания. Все, в конце концов, обречены на старость, смерть.

– Но это не отменяет наши сетования на инфантилизм мужчин. При этом сами же воспитываем их слабыми и безответственными.

– Да, во многом мы виноваты сами. Но у меня нет понимания, как правильно воспитывать. Мне кажется, надо просто как можно больше любить. Кто-то скажет: вот он потом выйдет в жизнь и получит по голове. А мне кажется, быть готовым к ударам судьбы можно, только напитавшись родительской любовью. Человеку всегда будет куда вернуться, хотя бы в воспоминаниях.

– Вам очень важно, чтобы ваши дети были успешными людьми?

– Успешность – это очень хорошо. Она тянет за собой удовлетворенность, удовлетворенность – доброту, а доброта еще что-то. И человек может хотя бы на какое-то время почувствовать себя счастливым. Но мои дети настаивают на других ценностях. Я не говорю пока про младшего, он еще не высказывает свое личное мнение. А старшие дети меня удивляют. У них нет соревновательного момента, какой был у меня в детстве. Поколение моих детей не стремится быть первым, им не нужно никому ничего доказывать. И я это принимаю.

Ольга Машкова

Предыдущая статья

Женщина с холстом под Охтинским мостом

Следующая статья

Бизнес-завтрак: ну ты и психотип!

Нет комментариев

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*