Интервью

Дарья Мороз: как сыграть мужчину и остаться собой?

«Ленинград-центр». Монохромный интерьер, приглушенный свет, какая-то обволакивающая тело тишина, мы с Дарьей Мороз утопаем в уютных креслах – трудно представить, что в нескольких метрах идут репетиции театрального ревю Феликса Михайлова «Портфолио» и через каких-то двадцать минут Дарья будет петь как Марлен Дитрих.

– Почему вы захотели вписаться в «Портфолио»?

– Так в моей жизни сложилось, что я довольно давно в хороших отношениях, рабочих и человеческих, с Феликсом, мы много делали каких-то мероприятий, церемоний. И при этом, признаюсь, я вообще не знала о существовании «Ленинград Центра», пока однажды, когда я по делам была в Петербурге, меня попросили отвезти одного мальчика на «Ромео и Джульетту» Ильи Авербуха, который шел на этой площадке. Мы встретились прямо здесь с Феликсом, и он спросил: «Я собрался снимать документальное кино про труппу, вроде “Все о джазе” Боба Фосса. Мне нужна артистка на роль помрежа. Раз ты сюда пришла, может, не захочешь уходить?» Вот и все. Полгода точечными заходами я занималась этим проектом, и для меня это совершенно новый опыт. И меня потрясла труппа, как сказала моя 8-летняя дочь Аня, «они крутые». И она абсолютно права.

– Самое удивительное в «Портфолио» – это, конечно, его полижанровость.

– Да, совершенно невозможно дать определение жанру «Портфолио». С одной стороны, это театр, с другой – антураж варьете, кабаре, с третьей – это шоу. Плюс документальное кино. Непонятно даже, как оценивать. И мне кажется, это единственный в стране пример такого рода мультижанрового формата.

– Такой формат требует универсального артиста.

– И в этом огромная сложность – наши институты не выпускают таких артистов, которые могли бы классно двигаться, танцевать, петь, играть и при этом быть умными и образованными, чтобы понимать идею спектакля. У нас по-прежнему цепляются за русскую драматическую школу Станиславского, и чтобы это изменить, необходимо переформатирование мозгов всех, кто руководит этими вузами. Тема очень актуальная, поэтому, собственно, Феликс начинает «Портфолио» с пролога, где я в роли Мейерхольда читаю фрагменты из его лекции о театре будущего и универсальном артисте. К сожалению, у нас большинство артистов архаичны и ленивы, мало кто готов отказаться от всех своих штампов и довериться режиссеру: «Я сейчас “ноль”, и пойду с вами во что-то неизведанное». Когда, например, Костя (Богомолов. – Прим. ред.) работал с артистами старшего поколения, только некоторые из них, вроде Табакова, Збруева, Теняковой, Шаниной, обладали пониманием, что хочешь не хочешь, а надо отказываться от всего привычного и быть учеником.

– Многие артисты старшего поколения находят в своей профессии мессианское начало.

– На самом деле артист – это всего лишь отражение в зеркале, всего лишь ретранслятор, антенна. Главное – это режиссер. Его вселенная соединяется со вселенной автора произведения, и в итоге получается нечто третье. Главная задача артиста сделать все, чтобы окончательный результат не отличался от той большой идеи, которую задумал режиссер. Артист должен уметь молчать, слушать и думать. Это очень дисциплинирует.

– «Портфолио» – это еще и коллаборация театра и документального кино. Вообще, это привычная история для современного театра, но очень редко она не вызывает отторжения.

– Потому что когда сталкиваются сцена и кино, а тем более документальное, то сразу вылезает излишнее театральное показушничество. И выхода только два – либо кино сделать более фриковым, театрализованным, либо, наоборот, на сцене максимально стремиться к документальности, к настоящности. Вообще, существование артиста в современном театре ничем не отличается от кино. А кино стремится к документальности, к тому, чтобы артисты были максимально собой, максимально настоящими.

– Но при этом во мхатовских «Трех сестрах» в постановке Константина Богомолова вы играете Тузенбаха. И в этой роли вы максимально настоящая? Несмотря на то что все-таки мужская психология отличается от женской?

– Богомолов не любит слово «играть», считает его устаревшим. Он считает, что если сути роли и артиста совпадают, то твоя сущность в результате наполнит роль тем, чем нужно, и все будет происходить само собой. Женщина может играть мужчину и при этом оставаться самой собой. В конце концов то, что испытывает Тузенбах к Ирине, его понимание, что он никогда не добьется от нее взаимной любви, – это переживания, с которыми абсолютно каждый человек знаком.

– Гендерная инверсия стала расхожим ходом в современном театре. Вы то Тузенбах, то вояка Корнуэлл в «Лире», который Богомолов поставил в петербургском «Приюте комедиантов».

– Костя настолько по-хорошему расчетлив, что у него все оправданно. В «Лире» Костя хотел подчеркнуть, что все мужики хилые, слабые, а бабы, наоборот, очень мужские. И это органично ложится на текст. А на роль Корнуэлла Костя взял меня, потому что он знает во мне самурайскую энергию, свойственную этому старому офицеру, когда если идешь за своим вождем, то идешь до конца. Потом «Лир» – это погружение в некую странную, почти фриковую реальность. А что касается «Трех сестер», то в Тузенбахе Костя старался вытащить, во‑первых, его инопланетность в сравнении с другими героями «Трех сестер», во‑вторых, его нежность, и прежде всего в отношении с Ириной, и в‑третьих, вероятно, некую его бесполость для Ирины, для нее Тузенбах не вполне мужчина.

– Однако вернемся к «Портфолио», в котором акробаты без страховки под куполом выполняют свои сложнейшие трюки, где оживают куклы-фрики и вообще происходят самые непредсказуемые эксперименты в духе театрального аттракциона.

– Этот спектакль потрясает тем, что, казалось бы, развлекуха. Но ты смотришь на то, что ребята делают на сцене, и в какой-то момент начинаешь серьезно в это всматриваться и понимаешь, какая колоссальная работа стоит за этой легкостью, насколько это круто!

– Комплексы не возникают?

– Конечно, возникают. Мое тело, к сожалению, технически не оснащено достаточно, чтобы соответствовать этой труппе. Но я получаю какие-то внутренние бонусы за счет того, что могу произнести монолог, и зрителям будет понятно, про что я говорю. Но здесь возникает следующий вопрос. Поскольку я стремительно вошла в структуру этого спектакля, существование режиссера, которого я играю, остается на бытовом уровне. По моим же ощущениям, надо добиваться, как, помните, в фильме «Кабаре», такого странного холодного конферанса, за легкостью и веселостью которого скрывается немецкая (или, может, японская) энергия.

– Вы играете не только Мейерхольда, но и Марлен Дитрих, и Жозефину Бейкер. С Дитрих все понятно, но кто знает у нас звезду французских кабаре Жозефину Бейкер, эту черную жемчужину «ревущих двадцатых», которую Хемингуэй считал самой удивительной женщиной, которую знал кто-либо?

– Да у нас на самом деле и про Марлен Дитрих не знают. А Жозефина Бейкер, оказалось, была феноменальной женщиной с невероятной, просто фантастической судьбой: работала на Сопротивление, усыновила 12 детей… Она была классной, веселой, при этом очень умной и интеллигентной, о чем не подумаешь, глядя на ее эпатажный чарльстон, танцуя который, она, казалось, издевалась над всеми. И для меня было довольно сложной задачей освободиться физически настолько, чтобы добиться странной пластики Жозефины. С Марлен Дитрих было проще, все-таки я знакома с этой энергией, стилистикой, что-то подобное я делаю в «Сказках Пушкина» Богомолова, которые идут в «Театре Наций».

– В «Портфолио» Марлен Дитрих не только поет, но и говорит о профессии.

– Да, мы сняли на видео примерно пятиминутный монолог Марлен, это тоже компиляция из разных ее высказываний. У нас она вспоминает о своем первом кастинге, который провалила, потому что аккомпаниатор взял слишком высокую тональность и она не могла петь. Еще мы взяли фрагмент, где Дитрих размышляет, что же такое слава и как для нее все это тяжело. И, наконец, почему она в мужском костюме…

– «Портфолио» – спектакль не только мультижанровый, но еще и очень подвижный. Его форма позволяет менять номера, персонажей, что-то убирать, добавлять.

– Да, я бы хотела добавить еще историю про Любовь Орлову. Во-первых, это красиво, во‑вторых, соответствует теме «Портфолио». И, наконец, для меня Орлова в каком-то смысле пример в профессии. Вот она была по-настоящему, по-голливудски универсальной актрисой, практически единственная в нашей стране.

Показы шоу «Портфолио» с участием Дарьи Мороз состоятся 4 и 19 октября.

Ольга Машкова

Фото: Светлана Тарлова

Предыдущая статья

IX КУБОК НИКИФОРОВА В.И. ТУРНИР ПО ГОЛЬФУ

Следующая статья

Как подобрать серьги под свадебную причёску

Нет комментариев

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*