Римские каникулы

Важность культурного наследия, на мой взгляд, не только в его исторической ценности. Но и в том, как прошедшее ложится в ладонь настоящему, насколько оно соответствует представлениям людей другого времени, восполняет недостающие им вибрации. Выставка Русского музея «Генрих Семирадский и колония русских художников в Риме» очень показательна в обоих смыслах, но больше – во втором.
Ясно виден переход XIX века в XX, и перетекание классики в модерн, академизма в символизм. Подоплека состоит в том, что эта глава в истории русского искусства была почти забыта. Хотя знаменитое полотно Семирадского «Фрина на празднике Посейдона в Элевзине» (почти 4 х 8 м), на котором можно видеть, как волшебник-ремесленник бесстрастно и с ледяной точностью зафиксировал спонтанную акцию легендарной афинской гетеры, занимало в Русском музее достойное место. Именно с этой картины, приобретенной императором Александром III, началась коллекция Русского музея ну и собственно сам музей.
С ментальным планом сложно. Лично у меня возник только один вопрос – как Семирадский (и некоторые другие его коллеги по колонии) создавали эти гигантские массовые картины на античные сюжеты, эти почти кинематографические фрагменты с персонажами в сложных позах. Ну ладно разнообразные «Оргии» – все лежа или полулежа, лень и релакс. А в танце? А в битве? Сколько длились рисовальные сессии?
Но пойдем дальше. В каждой экспозиции есть не тот, кто выбран на роль звезды, а тот, кто звезда на самом деле. В данной случае это Вильгельм Котарбинский, великий мечтатель и главный русский символист, один из любимых художников императора Николая II. Он очень заботился о зрителе – о том, чтобы зрительский глаз, глядя на его картины, не скучал. Европейский художник, который расцвел во время римских каникул. Говорят, он владел тайной живописи, но в эпоху революционных переворотов (умер Котарбинский в Киеве, в 1921 году) это мало кого интересовало. Именно его картина «Оргия» (3х5 м), свернутая в рулон, была забыта в запасниках ГРМ на девяносто лет, и ее реставрация стала эпохальной. Тем не менее при жизни Котарбинский был обласкан славой разного рода – в академической среде, в кругу продвинутых художников, у коллекционеров, в народе. Мистические, магические, фантастические его картины воспроизводились на открытках, которые были дико популярны. И сейчас, в XXI веке, нам нравится в его работах то, что он оставил в своих фантазиях место для наших фантазий. Среди заоблачной красоты русалок, ангелов, древних египтян, кентавров, амазонок, среди водяных лилий, снов и видений. Он решил проблему противоречия прекрасного и ужасного, так и не решенную классической школой. Однако независимо от принадлежности тому или иному стилю все русские римские космополиты были забыты одинаково и надолго. Чистяков, Сведомский, Бакалович, Верещагин и другие. Асфальтовый каток революционного авангарда одинаково плотно закатал и тех, и этих вместе с Вечным городом на их картинах.
Плутая по сети, наткнулась на арт-предложение – предлагают сделать постер с картины Вильгельма Котарбинского «Римские каникулы». Супер.