«Три тополя на Плющихе» в Петербурге
«Три тополя на Плющихе» в Петербурге. Театральная версия рассказа Александра Борщаговского «Три тополя на Шаболовке»
13 февраля в ДК Ленсовета петербуржцы увидят щемящую историю любви по рассказу Александра Борщаговского «Три тополя на Шаболовке». Удастся ли театральной версии затмить легендарный кинофильм? На сцене в знакомые образы воплотятся Евгений Сидихин и Дарья Мороз.
«Три тополя на Плющихе» в Петербурге
Шаболовка или Плющиха?
Почему в рассказе события развиваются на Шаболовке, а в кино и на сцене – на Плющихе? В 70-е Шаболовка была неразрывно связана с советским телевидением, режиссер Татьяна Лиознова решила оградить зрителя от невольных телевизионных ассоциаций и сознательно перенесла действие в тихие переулки Плющихи. Подальше от софитов и поближе к человеческим чувствам. Также поступили и создатели театральной версии, оставив Шаболовку на страницах книги.
Знаменита знаменитостями
Плющиху даже сейчас называют тихим центром Москвы. Эта улица расположена в самом сердце столицы, она тянется от Смоленского бульвара до Ростовской набережной. На Плющихе вырос Лев Толстой. Его семья арендовала дом в начале улицы, а свои детские впечатления о жизни на этой улице Лев Николаевич описал в повестях «Детство» и «Отрочество». Здесь же, в Крестовоздвиженской церкви, венчались Антон Чехов и Ольга Книппер. Чехов особенно выделял Плющиху среди пестрых московских улиц. Свое историческое название улица получила в конце XVII века, когда здесь открылся популярный трактир, которым заправлял купец Плющев. Отсюда и Плющиха.
Песня по особому заказу
Знаковая песня «Нежность» была написана специально для фильма Татьяны Лиозновой. Создать музыку на стихи Николая Добронравова и Сергея Гребенникова режиссёр предложила Александре Пахмутовой, та сначала отказалась, ее не вдохновила история фильма, но посмотрев уже отснятый материал, композитор согласилась. Теперь появилась интрига: включит ли Вячеслав Окунев – главный художник Михайловского театра и создатель сценографии спектакля, знаменитую мелодию в новую театральную версию?
Театр против кино?
Кино и театр – разные жанры, но тень культового фильма 1968 «Три тополя на Плющихе» все равно нависнет над современной театральной постановкой.
Это невероятно трогательная история, где роль наивной сельской женщины Нюры исполняет Татьяна Доронина, а задумчивого столичного таксиста – Олег Ефремов. И вот на сцене ДК Ленсовета зрителей ждет новое прочтение этой истории в исполнении Евгения Сидихина и Дарьи Мороз. Смогут ли они создать своих неповторимых героев, и предложить свою версию любви, отличную от той, что помнят миллионы зрителей? Тем интереснее сравнить. Но главные вопросы останутся прежними. Что честнее: следовать велению сердца или долга, существуют ли предопределенные случайности, не придется ли потом горько пожалеть о мимолетной страсти?
В любом случае, герои спектакля, да и зрители, уже не будут прежними.
В ролях: Евгений Сидихин, Дарья Мороз.
Другие роли исполняют: Константин Анисимов, Анна Дразнина, Татьяна Захарова, Дмитрий Ладыгин, Дарья Перова.
Постановка в ДК Ленсовета (13 февраля) бросает вызов классике кинематографа, переводя «щемящую историю любви» из кино- в театральную реальность, где главным экспериментом становится столкновение узнаваемых актерских амплуа с ожиданиями зрителей.
Ключевое событие: Театральная версия рассказа Александра Борщаговского «Три тополя на Шаболовке».
Дата и место: 13 февраля, ДК Ленсовета.
Источник: Литературный первоисточник и, в равной степени, его культовая киноадаптация.
Культурный контекст и предпосылки:
Двойная референция: Спектакль существует в силовом поле двух канонов — литературного рассказа и получившего народную любовь фильма 1967 года с Татьяной Дорониной и Олегом Ефремовым.
Исходная проблема: «Три тополя» — история, уже закрепленная в массовом сознании как кинообраз. Любая новая интерпретация автоматически попадает в ситуацию сравнения.
Главный драматургический вопрос (сформулированный напрямую): Удастся ли театральной версии затмить или переосмыслить легендарный кинофильм? Это создает интригу не вокруг сюжета, а вокруг метода и результата адаптации.
Художественный метод и ключевое решение:
Фокус на актерском существовании: Ответом на вызов киноклассики становится не декорация, а кастинг. На сцене в «знакомые образы» воплощаются не просто актеры, а медийные личности с устоявшимися амплуа:
Евгений Сидихин — ассоциирующийся с силой, брутальностью и военной/криминальной темой.
Дарья Мороз — актриса с интеллектуальным, тонким и психологически сложным диапазоном.
Суть эксперимента: Происходит намеренное столкновение жесткого мужского и хрупкого женского начала, известных по другим ролям. Сможет ли их сценическая химия создать новую, отличную от кино, но убедительную версию знаменитого случайного романа между таксистом и деревенской женщиной?
Спектакль переносит центр тяжести:
С истории — на интерпретацию. Зритель приходит не за новым сюжетом, а за новым прочтением знакомых эмоций.
С ностальгии — на анализ. Вместо простого воссоздания атмосферы фильма, предлагается исследование тех же тем (одиночество, мимолетная связь, город vs деревня) через призму иной художественной системы (театр) и иных актерских типажей.
С кинообраза — на живую плоть. Легендарность кинофильма оспаривается не на уровне сценария, а на уровне присутствия — здесь и сейчас, в живом энергообмене между сценой и залом.
Таким образом, событие позиционируется как интеллектуальная и эмоциональная проверка: сможет ли театр, используя силу актерской личности и непосредственности, создать альтернативную, но столь же сильную версию «трех тополей» в сознании нового поколения зрителей?
